IMG_2788н.jpg · 46.05 Кб · Просмотров: 491
"Чайка Флетчер Линд был еще весьма молод, однако уже знал, что никогда ни одна Стая
не поступала столь грубо и несправедливо, как поступила сегодня с ним его собственная Стая.
— И плевать, пусть болтают, что хотят, — думал он, с помутневшим от ярости взором
направляясь в сторону Дальних Скал. — Летать — это ведь не просто хлопать крыльями,
таскаясь туда-сюда, как… как… москит какой-то! Подумаешь — бочку крутанул вокруг Старейшины!
Я же просто так, шутки ради… И вот пожалуйста — Изгнанник! Дурачье слепое!
Вконец отупели — ничего не понимают! Неужели они ни на секунду не задумываются о том,
какие перспективы откроются перед ними, если они научатся летать по-настоящему?
Ну да ладно — мне все равно плевать. Пускай думают, что хотят. Я им покажу еще!..
Они у меня увидят, что значит — летать по-настоящему. Вне закона? Хорошо, будем вне закона,
если им так нравится….. Но они об этом пожалеют, ох, как пожалеют!..
И тут он услышал голос, который звучал где-то внутри его собственной головы.
Очень мягкий голос… Но все равно это было настолько неожиданно, что Флетчер
опешил и вздрогнул в воздухе, словно наткнувшись на невидимое препятствие.
Не нужно их ругать, Флетчер. Изгнав тебя, они навредили только сама себе.
И когда-нибудь они это поймут. И они поймут то, что понимаешь сейчас ты.
А тебе следует простить их и помочь им понять.
В дюйме от конца правого крыла Чайки Флетчера летела птица —
ослепительно-белая сияющая чайка, самая светлая в мире.
Без малейшего усилия птица скользила рядом, не шевеля ни единым пером,
и скорость ее полета была при этом равна скорости, с которой летел Флетчер,
а это был почти его предел.— Да что же это такое происходит?!
Я что, сошел с ума?! Или уже умер?! Кто это?!
Тем временем голос — тихий и спокойный — возник вновь среди
сумятицы его мыслей. На этот раз требовательно прозвучал вопрос:
Чайка Флетчер Линд, хочешь ли ты летать?
— ДА! Я ХОЧУ ЛЕТАТЬ!
Чайка Флетчер Линд, достаточно ли сильно твое желание летать для того,
чтобы простить Стаю, и учиться, а затем вернуться однажды к ним
и трудиться среди них, помогая им обрести знание?
Это был голос мастера. И как бы ни был горд Флетчер, и сколь бы уязвленным
он себя ни ощущал, он знал — обмануть это ослепительное существо не было
никакой возможности. И он смиренно ответил:
— Да."
("Чайка Джонатан Ливингстон"
Ричард Бах)
)
